Маршруты тайного знания

Передача тайного знания Передача тайного знания

В эпоху раннего Средневековья Западная Европа, находившаяся под номинальным покровительством церкви, переживала период разложения и стагнации. Развитие общества было крайне медленным. Однако на юге события развивались с нарастающей скоростью, отличаясь удивительным - как нам позволяет судить взгляд из нашего времени - динамизмом. Движущей силой этой быстроты и динамизма являлся ислам. Современная европейская культура гордится своим классическим наследием, своими традициями, зародившимися еще в Древней Греции и Древнем Риме. Это наследие, естественно, нельзя недооценивать. Однако мы склонны забывать, что все эти знания пришли к нам не напрямую. Они были получены из исламского мира, и первым каналом для этого процесса послужила Испания.

К концу четвертого века некогда непобедимая Римская империя стала рушиться. В 410 году она развалилась окончательно, а сам вечный город был разграблен пришедшими с севера вестготами. Инерция наступления увлекла вестготов дальше на юг - через южную Францию в Испанию и Португалию, а затем через Гибралтар в Северную Африку. В течение трех последующих столетий их королевство оседлало Пиренеи, заняло весь Пиренейский полуостров и распространилось по Средиземноморью на территорию современных Туниса и Алжира. Таким образом, к концу восьмого века они оказались на пути арабских армий, наступавших под знаменем ислама.

В 711 году войска мусульман захватили владения вестготов в Северной Африке, переправились через Гибралтарский пролив и вторглись в Испанию. К 714 году, всего три года спустя, ими был покорен весь Пиренейский полуостров, за исключением небольшого анклава в Галисии, на крайнем северо-западе, где жили принявшие христианство вестготы и перешедшие в католичество испанцы. В 732 году арабская армия пересекла Пиренеи и вторглась во Францию, продвинувшись до самого Бордо. Наконец, после шести лет войны они были разбиты Карлом Мартелом в битве при Пуатье. В течение двух последующих десятилетий арабы были оттеснены за Пиренеи назад в Испанию. Как уже упоминалось в предыдущей главе, ими правил беглый принц из династии Омейядов, которая была свергнута на Ближнем Востоке в 750 году. Не желая бросать вызов новому халифату, который вскоре основал свою столицу в Багдаде, принц из династии Омейядов взял себе титул эмира. Таким образом, арабская Испания со столицей в Кордове была временно отделена от остального исламского мира.

Эта изоляция стала одним из факторов, побудивших христианский мир перейти в контрнаступление. В 778 году армия христиан под командованием внука Мартела императора Священной Римской империи Карла Великого пересекла Пиренеи и осадила Сарагоссу. Осада окончилась неудачей, и христианская армия была вынуждена отступить назад за горы. Гибель ее арьергарда в узком ущелье Ронсеваль вдохновила создателей одной из первых эпических поэм христианской Европы, знаменитой «Песни о Роланде». Тем не менее четверть столетия спустя сыну Карла Великого Людовику удалось захватить Барселону. Этот город вскоре станет столицей изолированного княжества, иудаистско-христианского анклава на восточном побережье мусульманской Испании, а графы Барселоны будут управлять им на протяжении трехвеков.

К началу двенадцатого века исламская Испания вступила в период усиливающейся политической нестабильности. Следствием этого явилась частая смена власти, причем нередко насильственным путем. В это время Пиренейский полуостров был поделен между шестью относительно независимыми королевствами, во главе каждого из которых стоял местный правитель. Некоторые из них, а иногда даже и все, временно объединялись, но лишь затем, чтобы вскоре разделиться вновь. С 1090 по 1147 год, когда внимание всего христианского мира было приковано к первому и второму Крестовым походам, армия берберов из Северной Африки, приглашенная для усиления исламских войск, воспользовалась благоприятной возможностью и захватила контроль над страной. Возникло новое исламское государство со столицей в Марракеше, однако и оно вскоре пало в результате бунтов, инспирированных суфиями, и Испания вновь стала раздробленной.

Несмотря на все эти политические перемены, исламская культура Испании переживала пору расцвета. На севере христианский анклав в Галисии оставался изолированным, отсталым и бедным. Остальная страна, находившаяся под властью мусульман, процветала. Усовершенствованная ирригационная техника, а также другие инновации привели к подъему сельского хозяйства. Многие культуры, которые теперь ассоциировались с Испанией - такие, как апельсины, рис и хлопок,- были завезены на полуостров арабами. Заброшенные и необрабатываемые земли подверглись интенсивной культивации и нередко давали по два урожая в год. Пустыни сегодняшней Андалузии были сплошь покрыты садами и виноградниками.

Процветание аграрного сектора дополнялось интенсивным ростом городов. Возникали крупные города, которые становились центрами средиземноморской торговли. В начале девятого века были восстановлены разорванные связи между Испанией и остальным исламским миром, и страна переживала культурное возрождение. Большое количество испанских студентов отправлялись на учебу в Багдад. В страну привозили книги из Багдада. Открывались школы, а писателям выделялись денежные средства. В моду вошла поэзия, и поэты приобрели почти такой же статус, как кельтские барды, или оллавы. Впоследствии их влияние распространилось и за Пиренеи, вдохновляя средневековых французских трубадуров и труверов. Во второй половине десятого века в Кордове была построена библиотека, в которой хранилось около 400 тысяч рукописей и которая «стала крупнейшим центром науки и образования на западе, как исламском, так и христианском».

Сама Кордова была древним городом, основанным финикийскими купцами. Во времена Римской империи здесь родились два будущих императора, Троян и Адриан. Будучи столицей исламской Испании, Кордова быстро превратилась в крупнейший город Европы с населением более миллиона человек. В пору наивысшего расцвета в городе, согласно исламским источникам, насчитывалось более 400 мечетей, 900 бань, 60 тысяч поместий, 80 тысяч лавок, 200 тысяч домов - и все это внутри окруженной стеной центральной части города. Этот район был известен своей чистотой, вымощенными улицами и ночным освещением. В окружавшей его стене насчитывалось 132 башни и 13 ворот. Снаружи располагались пригороды - пять огороженных своими стенами и еще двадцать один без стен.

Но наибольшую известность Кордова получила как культурный и интеллектуальный центр. Ее библиотека, насчитывавшая до 400 тысяч томов, соперничала с библиотеками Каира и Багдада и считалась одной из трех крупнейших библиотек исламского мира. Помимо нее в городе было еще семьдесят публичных библиотек и бесчисленное количество частных собраний.

К двенадцатому веку Кордова соревновалась с Багдадом за право называться культурной столицей исламского мира. Первым университетом Западной Европы стала Большая мечеть в Кордове, в которую тысячами стекались студенты. Существовало много школ переписчиков, причем большинство их составляли женщины. В городе действовали также «институты переводчиков», основанные для того, чтобы сделать восточные тексты доступными для западного читателя. Таким образом, с греческими книгами, уже переведенными в Харране или Багдаде, знакомились испанские студенты. Постоянно появлялись новые книги по музыке, географии, истории, астрономии, астрологии, ботанике, математике, химии, алхимии, философии и герметической философии.

Отношение к христианам было терпимым и даже доброжелательным - за исключением тех, кто был фанатичным противником ислама. Точно таким же было отношение к иудеям. Церкви, монастыри, религиозные школы и синагоги оставались нетронутыми и постоянно действующими. Многие христиане принимали ислам, считая эту веру более свободной и подходящей для себя, чем католицизм. Другие христиане приходили в Испанию из-за Пиренеев, привлеченные рассказами о богатстве страны, о возможности получить образование или разбогатеть. В то время как в христианской Европе книги имели хождение по большей части при королевских дворах и монастырях, в Испании они были доступны всему населению. В середине девятого века христианский епископ Кордовы жаловался, что его паствой овладела такая сильная страсть к арабским книгам, что люди «собирали огромные библиотеки… тратя невероятные деньги… лишь немногие могли написать сносное письмо другу на латыни, но не счесть числа тех, кто способен выражать свои мысли по-арабски и сочинять стихи на этом языке…».

Не исключено, епископ просто брюзжал, однако можно привести пример других номинально христианских властителей, которые считали исламскую Испанию близкой по духу. Судя по хронике, составленной монахом из Сент-Олбанса в 1213 году, король Англии Джон серьезно раздумывал над тем, чтобы принять ислам. Известно, что король Джон был непопулярен - это один из самых непопулярных английских монархов за всю историю страны. Джон завидовал всеобщей любви, которой пользовался его брат Ричард Львиное Сердце, в чье отсутствие он правил. Вскоре его власть была ограничена Хартией вольностей. Он гневался на папу, который отказывался гарантировать ему поддержку, в которой он отчаянно нуждался, чтобы упрочить свое положение на троне. В результате Джон стал обдумывать альтернативные варианты.

В 1213 году к правителю Марокко было отправлено тайное посольство, состоящее из двух рыцарей и лондонского священника, некоего отца Роберта. Эти послы были уполномочены дать обещание мусульманскому государю, что «король Джон добровольно отдаст в его власть себя и свое королевство и станет его данником, что король отречется от христианской веры, которую он считает ложной, и будет преданно исполнять законы, установленные Мухаммедом»75. Джон также предлагал помощь в искоренении христианства на Пиренейском полуострове и распространении там ислама.

Мусульманский правитель Марокко дал послам Джона следующий ответ: «Недавно я просматривал книгу одного мудрого римлянина и христианина по имени Павел, которая написана на греческом языке; его слова и дела понравились мне, однако одна вещь меня неприятно поразила - он не остался в той вере, в которой был рожден, а перешел в другую, как перебежчик и нерешительный человек. Это относится и к вашему господину, королю Англии, который отказывается от самой добродетельной и чистой христианской веры, в которой он был рожден, и желает, непостоянный и ветреный, перейти в нашу веру».

На этом основании он сделал вывод, что король Джон «непоследовательный человек и недостоин быть союзником такого мусульманского правителя, как он». Затем он отправил назад трех эмиссаров английского монарха с истинно рыцарским напутствием.

«Я никогда не слышал, чтобы король, владеющий таким процветающим и послушным ему государством, добровольно отказался от независимости и превратил свою свободную страну в данника, сменив счастье на страдания и беспрекословно подчинившись воле другого.

Я читал и слышал мнение многих людей, которые готовы добыть себе свободу невзирая на реки крови, и это похвальное стремление. Но теперь я слышу, что ваш несчастный господин, ленивец и трус, который хуже пустого места, желает из свободного человека сделаться рабом, самым несчастным из всех человеческих существ».

Нет нужды говорить, что из попыток короля Джона принять ислам ничего не вышло. Главный посол короля, священник по имени отец Роберт, впоследствии уехал в Палестину, где вступил в орден Рыцарей храма. Затем он предал тамплиеров, перешел на сторону их врагов и закончил жизнь в должности посла веского хана, когда монголы в 1242 году вторглись в Австрию.

Если Джон Английский униженно просил принять его в лоно ислама, то другие христианские правители оставались непримиримыми врагами исламской Испании. Несмотря на расцвет культуры, страна находилась в состоянии непрерывной войны с христианскими врагами на севере, а ее раздробленность и политическая нестабильность усиливали неблагоприятные последствия войны. Поэтому на протяжении пяти столетий ислам медленно, но неотвратимо вытеснялся с Пиренейского полуострова. Этот процесс, в конечном итоге переросший в длительный Крестовый поход, теперь известен под названием Реконкисты.

Когда Испания в начале восьмого века была впервые захвачена мусульманами, на крайнем северо-западе страны сохранился христианский анклав. Этот бастион христианской веры стал королевством Астурия. Позже, в 910 году, часть его отделилась и стала называться королевством Леон, которое к тринадцатому веку объединилось с королевством Кастилия. В восьмом веке вторжение в Испанию франков под предводительством Карла Великого было успешно отражено, но в начале девятого века захват Барселоны сыном Карла Великого Людовиком привел к возникновению второго христианского анклава на Пиренейском полуострове. Именно из этих двух цитаделей - Леона и Кастилии на севере и Барселоны на южном побережье - началось контрнаступление христиан.

В Галисии религиозное рвение христиан поддерживал ковчег со святыми мощами в Сантьяго де Компостелла, основанный в девятом веке. Ковчег, на месте которого был построен один из самых больших христианских соборов, быстро превратился в центр паломничества. Это был второй после Рима по значению центр паломничества в Западной Европе. Именно Сантьяго станет духовной движущей силой Реконкисты.

Из Леона, а впоследствии и из Кастилии христианские армии направлялись на юг к реке Дуэро, а затем в исламское сердце Андалусии. Из Барселоны, впоследствии вошедшей в состав королевства Арагон, другие армии наносили удары через долины реки Эбро по направлению к восточному побережью, к Валенсии и Мурсии. Первое решающее сражение Реконкисты относится к 1085 году, когда войска христиан захватили Толедо. Этот город стал символической столицей христианской Реконкисты в Испании.

Непосредственно до и после взятия Толедо в общественном сознании Испании доминировала героическая и полулегендарная фигура Родриго Диаса. Известный под именем Эль Сид - искаженное арабское sayyid, что означает «господин», «повелитель» или «лидер», - Родриго считается христианским героем. В действительности его карьера была гораздо более противоречивой, чем можно себе представить по его идеализированному образу. По меньшей мере один раз, с 1081 по 1086 год, он служил наемником у мусульман, сражаясь против христианских государей, которым он формально должен был подчиняться, а также против других знатных христиан. Однако к 1093 году его взгляды окончательно определились. Через год он захватил Валенсию и стал во всем - кроме титула - абсолютно независимым христианским королем. Через пять лет он умер и Валенсия вновь перешла в руки мусульман, однако к тому времени Реконкиста набрала силу, которую было уже не остановить.

В самом начале двенадцатого века христианское воинство в Испании было усилено рыцарями и пехотой из других стран Европы, и особенно из Франции, которые участвовали в первом Крестовом походе. Заручиться их поддержкой было нетрудно, поскольку конфликт на Пиренейском полуострове теперь тоже был официально признан Крестовым походом со всеми сопровождавшими его преимуществами - индульгенциями, отпущением грехов, перспективой добыть военные трофеи и землю, с благословения Господа отнятые у «неверных». В 1118 году христианская армия под командованием короля Арагона, усиленная ветеранами Крестового похода, захватила Сарагоссу. Остальные города сдавались один за другим, как падающие костяшки домино. В 1148 году была взята крепость Тортоса в устье реки Эбро.

После первого Крестового похода на Святой земле появились военно-религиозные ордена тамплиеров и госпитальеров. В 1128 году тамплиеры стали официальной организацией и получили устав, написанный св. Бернаром. Через год они уже начали принимать в свои ряды испанских рыцарей и принимать пожертвования деньгами, землей и замками от испанских государей, которым не терпелось привлечь под знамена Реконкисты таких профессиональных и опытных воинов. К середине двенадцатого века тамплиеры и госпитальеры владели огромным количеством имущества и земли на Пиренейском полуострове. В число этих владений входили несколько пограничных крепостей вблизи линии, разделяющей мусульман и христиан, которые служили в качестве защитных бастионов и одновременно передовых рубежей наступления. Однако тамплиеры и госпитальеры с радостью принимали пожертвования, но становились уклончивыми, как только речь заходила о военных кампаниях. Оба ордена проявили явное нежелание выходить на поле боя и открывать второй фронт против ислама. Они «настаивали, что их главной целью является защита Иерусалима, и не давали себя вовлечь в сражения в Испании, ограничивая свое участие в них до минимума, только чтобы избежать королевского.

Это бездействие привело к возникновению нескольких чисто испанских орденов, которые подражали тамплиерам и госпитальерам, но которые предназначались для военных действий в Испании и Португалии. Вероятно, самым влиятельным из них был орден Калатрава, основанный в 1158 году и официально признанный папой в 1164 году с тем же цистерианским уставом, что и у тамплиеров. В 1170 году был основан орден Касерес, который затем трансформировался в орден Сантьяго и получил благословение папы в 1175 году. В 1177 году такое же благословение получил орден Алькантера, который через десять лет объединился с орденом Сантьяго. В последующие годы возникли еще несколько военно-религиозных орденов. В период официальных гонений на тамплиеров с 1307 по 1314 год был основан орден Монтеса, служивший пристанищем для избежавших преследований рыцарей Храма.

На Святой земле тамплиеры, госпитальеры и несколько других, более мелких орденов постоянно ссорились между собой. Некоторые из них - и особенно тамплиеры - могли во многих случаях приспосабливаться к исламу. Испанские ордена, похоже, были более бескомпромиссны и фанатичны в своей вере.

Кроме того, они теснее сотрудничали не только друг с другом, но и с королевской властью. Их широко использовали для защиты основных путей вторжения на мусульманские территории, а их сеть замков и крепостей ослабляла силу удара при вторжениях врага. В то же время они представляли собой средневековый аналог «ударных частей» для контрнаступления христиан. При этом они приобрели несметные богатства и огромную власть, в конечном итоге захватив контроль над обширными территориями Испании и Португалии. Влияние и привилегии этих орденов сохранялись еще долгое время после того, как военное значение их было утрачено. Тем не менее без них Реконкиста вряд ли была бы такой успешной.

Заручившись поддержкой фанатичных, дисциплинированных, профессиональных и опытных военно-религиозных орденов, христианские армии в Испании получили новый мощный импульс. В 1212 году произошла решающая битва при Лас-Навас-де-Толоса, и судьба окончательно отвернулась от мусульман. Кордова была захвачена в 1236 году, а области Валенсия и Мурсия годом позже. Севилья пала в 1248, а Кадис в 1262 году. К последней трети тринадцатого века мусульманские владения в Испании съежились до одного маленького королевства Гранада, которому было позволено существовать благодаря специальному договору с королевским домом Кастилии.

В 1340 году арабская армия пересекла Гибралтар и высадилась в Испании. С ее помощью мусульманская Гранада предприняла попытку вернуть владения, отданные христианам. Однако в морском сражении при Альхесирасе арабский флот был разбит, что лишило мусульман подкреплений и линий снабжения. Вскоре после этого в июне 1340 года армия мусульман потерпела сокрушительное поражение в битве при Саладо. Теперь Гранада оказалась в полной изоляции, отрезанная от остального исламского мира. Окруженное врагами, королевство держалось еще полтора столетия. В 1479 году Фердинанд, женатый на Изабелле Кастильской, унаследовал арагонский престол, и вся Испания объединилась под его властью. Мусульманская Гранада была болезненным наростом на теле этого нового единого государства, и от него следовало избавиться. 2 февраля 1492 года Гранада пала, и с присутствием мусульман на Пиренейском полуострове, длившимся 781 год, было покончено навсегда. Однако его влияние ощущалось еще многие столетия, и его присутствие в западной цивилизации чувствуется даже в наши дни. Важной частью этого наследия является философия герметизма, для которой Испания служила первым и самым надежным проводником.

Автор: Майкл Бейджент, Ричард Ли
 
История герметизма

Читайте в рубрике «История герметизма»:

Маршруты тайного знания
 

Рубрики раздела
Лучшие по просмотрам